Арье Барац. НЕДЕЛЬНЫЕ ЧТЕНИЯ ТОРЫ



АРЬЕ БАРАЦ

Недельные чтения Торы
Праздники и даты


К содержанию

Недельная глава "Лех-леха"

ОДИННАДЦАТОЕ ИСПЫТАНИЕ АВРААМА («Лех-леха» 5771 - 14.10.2010)

Идея избрания пугает людей с рациональным умом именно потому, что в первом приближении эта идея как будто отрицает сам разум. Однако если мы признаем, что Бог задает границы разума, а не разум - границы Бога, то найдем веру Израиля единственно разумной.

Парадоксальный призыв

В недельной главе «Лех-леха» рассказывается о призвании Аврама: «И сказал Господь Авраму: уйди из земли твоей, от родни твоей и из дома отца твоего в землю, которую Я укажу тебе. И Я сделаю тебя народом великим и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь благословением. И Я благословлю благословляющих тебя, а проклинающего тебя прокляну; и благословятся тобой все племена земные. И пошел Аврам, как сказал ему Господь; и с ним пошел Лот; а Аврам был семидесяти пяти лет при выходе из Харана. И взял Аврам Сарай, жену свою, и Лота, сына брата своего, и все достояние, которое они приобрели, и души, которые они приобрели в Харане; и вышли, чтобы идти в землю Канаанскую; и пришли в землю Канаанскую». (12:1-5)

Как известно, еще в Ур Касдиме Аврам самостоятельно пришел к убеждению, что мирозданием управляет единый Бог. Этой своей верой Аврам охотно делился с окружающими его людьми. Так по поводу слов: «души, которые они приобрели в Харане» Раши поясняет: «Которых он ввел под сень Шехины. Авраам обращал в истинную веру мужчин, а Сара обращала женщин». Итак, до того как Всевышний открылся Авраму, тот занимался прозелитизмом. Миссионерство, «обращение» всех людей кажется чем-то естественным, чем-то глубоко присущим единобожию. Ведь если Бог един, то и человечество тоже должно быть едино в своей вере в Него. Как выразился Сартр, «выбирая для себя, я выбираю для всего человечества».

Но вот теперь, когда, наконец, сам Всевышний призвал Аврама, тот к удивлению своему услышал что-то неожиданное, услышал о том, что он станет «народом великим». Но зачем? Какое отношение к единобожию может иметь «народность»?

Казалось бы, все разъяснилось после того, как родился Ишмаэль, и Всевышний повелел Аврааму обрезать весь мужской пол: «И сказал Бог Аврааму: ты же соблюди завет Мой, и ты, и потомство твое после тебя в роды их. Вот завет Мой, который вы должны соблюдать между Мною и вами, и между потомством твоим после тебя: обрезан да будет у вас всякий мужчина» (17:3-10). Иными словами, несмотря на то, что завет держался на племенной основе, он все же выглядел всеобщим. Если первоначально Авраам придерживался концепции, которая впоследствии утвердилась в христианстве, то есть видел всех людей членами единой возглавляемой им общины, никак не связанной ни с какой народностью, то теперь он перешел к концепции «исламской», а именно решил, что обновленным человечеством станет сама его семья, что человечество примкнет не к Аврааму индивиду, а к семье Авраама! Это было неожиданно, но вполне понятно, и Авраам, нужно думать, без внутренних колебаний вступил в родовой завет обрезания.

Между тем в скором времени все повернулось уже совершенно неожиданно. Оказалось, что универсальный Бог решил выбрать Себе партикулярный народ, который «вечно» должен оставаться полностью отделенным от всего остального человечества, даже от потомков Ишмаэля! «Бог же сказал: именно Сара, жена твоя, родит тебе сына, и ты наречешь ему имя Ицхак; и установлю союз Мой с ним союзом вечным для потомства его после него» (17:19).

Здесь уже было чему удивиться. Каким образом единобожие может быть уделом одного племени, а не всего человечества? Почему «все племена земные» должны «благословиться Авраамом», а не каждое само по себе? Если "У Господа Бога, небо и небеса небес, земля и все, что на ней», то почему Он «благословил только отцов твоих, и избрал вас из всех народов"? (Дварим 10.14).

Вызов разуму

Отвечать на эти вопросы можно и нужно, и в свое время я неоднократно пытался это делать. Между тем еще до того, как мы пробуем каким-то способом объяснить смысл избрания, мы должны принять его как данность. Авраам поступил именно так, Он принял волю Всевышнего как данность.

Традиция считает, что Авраам с честью выдержал десять испытаний. Наиболее известное из них – жертвоприношение Ицхака: Авраам согласился принести в жертву Богу своего сына, он, по слову Всевышнего, связал Ицхака и занес над ним нож! В этом поступке все видят беспрецедентный подвиг веры, видят «отстранение этического», отстранение разумного. Но важно понимать, что приняв условия завета, Авраам совершил ничуть не меньший вызов разуму! Авраам принял волю Всевышнего как данность, и из него вышел народ, принимающий волю Всевышнего как данность. Причем евреи так свыклись со своей обособленностью, свыклись с тем, что они «между народов не числятся», что не замечают в этом поступке Авраама какого-то испытания.

Однако остальному человечеству Божественный замысел показался чистейшим вздором. Чтобы Единый Бог зачем-то разделил единое человечество?! Чтобы Он преимущественно возлюбил какое-то отдельное племя? Немыслимо! Так, отец церкви Иустин, прозванный Философом, писал в послании к Диогену (4): "Не нечестиво ли клеветать на Бога, будто Он запрещает в день субботний делать что-либо доброе? Также не достойно ли осмеяния тщеславиться уменьшением плоти как свидетельством особенного избрания, как будто за это они преимущественно возлюблены Богом?" А Руссо в «Исповеди савойского викария» и вовсе заявляет: «Тот, кто начинает с того, что выбирает себе один народ и отворачивается от всего остального рода человеческого, не есть общий отец человечества... ».

В 1915 году Максим Горький писал: "Я не сумею говорить об антисемитизме и юдофобстве так, как надо говорить об этом. Не потому не сумею, что нет сил, нет слов, а потому, что мне мешает нечто, чего не могу преодолеть. Я нашел бы слова достаточно злые, тяжелые и острые, чтобы бросить их в лицо человеконенавистников, но для этого я должен опуститься в какую-то грязную яму, поставить себя на один уровень с людьми, которые мне органически противны».

Горький очень верно подметил, что антисемитизм растет из какой-то «грязной ямы», он неизменно отмечен каким-то агрессивным кликушеством, какой-то заведомой невменяемостью, а зачастую и откровенной паранойей. Слово «юдофобия», которое обычно трактуется как ненависть к евреям, в ряде случаев вполне клиническое понятие. Юдофобия («жидобоязнь») зачастую такое же психическое расстройство, как клаустрофобия (боязнь замкнутого пространства), лалиофобия (страх выступать перед аудиторией) и т.д.

Но в том-то и дело, что антисемитизм произрастает не только из «грязной ямы», в которой водятся дрюоны, крушеваны и нилусы, но в первую очередь из «естественного света разума», которым окрылены эразмы, вольтеры и канты. Так в своем «Философском словаре» в самой большой по объему статье под названием «еврей» Вольтер пишет: «... вы обнаружите в них [евреях] лишь невежественный и варварский народ, который издавна сочетает самую отвратительную жадность с самыми презренными суевериями и с самой неодолимой ненавистью ко всем народам, которые их терпят и при этом их же обогащают».

А в своем сочинении с характерным названием «Религия в пределах только разума» Кант замечает: «оно (еврейство) отказало всему роду человеческому в общении, считая себя особым народом – избранным Богом, народом, который ненавидел все прочие народы и потому был ненавидим каждым из них».

Однако, если в отношении паранойяльных форм юдофобства доводы разума совершенно бессильны, то просветительский антисемитизм вполне подлежит коррекции. Идея избрания пугает людей с рациональным умом именно потому, что в первом приближении эта идея как будто отрицает сам разум. Однако если мы признаем, что Бог задает границы разума, а не разум - границы Бога, то найдем веру Израиля единственно разумной.


К содержанию


Время зажигания
субботних свечей

26/08/2017

Начало Исход
Иерусалим 18:36 19:48
Тель-Авив 18:51 19:50
Беэр-Шева 18:53 19:50
Хайфа 18:43 19:51








© Netzah.org