Арье Барац. НЕДЕЛЬНЫЕ ЧТЕНИЯ ТОРЫ



АРЬЕ БАРАЦ

Недельные чтения Торы
Праздники и даты


К содержанию

Недельная глава "Вайеце"

ХРИСТИАНСТВО В ЕВРЕЙСКИХ КООРДИНАТАХ («Вайеце» 5763)

Ангелы и боги

Недельная глава «Вайеце» начинается словами «И вышел Яаков из Беер-Шевы и пошел в Харан» (28.10) и завершается рассказом о его возвращении на родину, так что следующая глава «Ваишлах» открывается словами: «И послал Яаков перед собой посланцев к Эсаву»(32.4). Таким образом в недельной главе «Вайеце» описывается как Иаков бежал от Эсава , как он двадцать лет жил на чужбине, обзавелся там семейством и, наконец, тайком от своего тестя Лавана отправился обратно на родину. При этом история его возвращения сопровождалась одним любопытным эпизодом – кражей божков Лавана. «И похитила Рахель идолов отца» (31.19) - читаем мы в Торе.

Раби Авраам Ибн-Эзра (1089 – 1164) объясняет этот поступок Рахели тем, что она боялась, что с помощью колдовства Лаван сможет узнать, куда они бежали. Но справедливы ли были ее опасения? Как иудаизм относится к религиям народов с точки зрения их адекватности и приемлемости? Этот вопрос приобретает дополнительный интерес в свете той встречи Иакова с Эсавом, которой эпизод с кражей идолов предшествовал. Ведь Эсав признается Устной Торой патриархом христиан, и в этой связи совсем не излишне прояснить, какой статус в глазах иудаизма занимает христианство среди прочих религий.

И в ТАНАХе (Псалом 115.4) и в Гемаре (Авода Зара 55.а) можно встретить подход, согласно которому языческие божества иллюзорны и поклонение им - чистый самообман. Однако альтернативный подход, с пониманием относящийся к мотивам поступка Рахели, пожалуй, не менее представителен. Во всяком случае, мало кто из иудеев сомневается в том, что колдун способен причинить реальный вред.

Но пожалуй, нигде вера в реальность отличных от Всевышнего потусторонних сил столь ясно не обнаруживается, как в учении об ангелах-хранителях народов. В этом вопросе двух мнений не существует: они реальны и посредством них Всевышний управляет человечеством (за исключением Израиля, которым Он управляет непосредственно). Так рабби Моше Хаим Луцато пишет: «В час, когда мир разделился, поставил Святой, благословен Он, семьдесят служителей из рода ангелов, чтобы они были назначены над этими народами, смотрели бы за ними и надзирали бы над их делами. Таким образом, Всевышний осуществляет над этими народами только общий надзор. Ангел же, назначенный над народом, будет осуществлять над ним частный детальный надзор силой, которую передал ему Господин». («Дерех Ашем»II. 4.8)

Но при этом интересно, что нередко эти ангелы - хранители народов воспринимаются традицией именно как их национальные божества. Так, рассматривая слова пророка Иеремии: «Боги, не создавшие неба и земли, исчезнут с земли и из под небес» (10.11). «Зогар» обращает внимание на то, что эта фраза написана по-арамейски (единственный арамейский фрагмент во всей этой книге). «Зогар» трактует это странное обстоятельство в том смысле, что поскольку ангелы - это боги (элоким), т.е. те самые боги, которые не сотворили неба и земли, этот отрывок может возбудить в них гнев. А поскольку они, являясь ангелами - хранителями народов и хорошо зная их языки, не понимают при этом арамейского (что объясняется его особенным, «всеобщим» статусом среди всех прочих языков), то фраза эта и написана на этом языке.

Итак, согласно вере иудаизма, Израиль избран Всевышним, непосредственно связан с Ним, и тем самым отделен от прочих народов, имеющих своих астральных патронов, стоящих между ними и Всевышним. Но если сам иудаизм признает, что между Собой и народами Всевышний поставил посредников, то почему этим народам так уж плохо к ним апеллировать?

Рамбам поясняет в «Мишне Тора», что язычество возникло не сразу, что первоначально имели место промежуточные формы, когда люди поклонялись звездам и силам, подразумевая, что они созданы Всевышним, но что в какой-то момент они о Нем забыли и полностью переключились на сами эти силы.

Таким образом, можно было бы заключить, что главный грех язычников состоит не в том, что они поклоняются посредникам, а в том, что они воспринимают их как основных божеств, не обращая внимание на Всевышнего.

Но чем тогда плоха промежуточная форма, в которой сохраняется и даже провозглашается абсолютная власть Всевышнего, а ангелы и силы выступают лишь как обожествленные посредники? Эта форма религиозного культа известна иудаизму и даже имеет специальное наименование - «авода зара башитуф», т.е. «соучастное идолослужение».

Границы дозволенного идолослужения

Этот вопрос тем более актуален, что как мы знаем, христианство не только формально подпадает под определения именно такого культа, но фактически является его единственным представителем в современном мире. Христианство утверждает, что между человеком и Богом имеется посредник, которому присвоены божественные качества. Он не ангел, а человек, и даже еврей, но он именно посредник, т.е. он занимает как раз ту культовую нишу, которая формирует логику «соучастного идолослужения».

Часто можно услышать злорадные выпады в адрес христианства, сопровождающиеся утверждением, что эта религия является идолослужением в полном значении этого слова. Взгляд этот основывается на постановлениях Рамбама. Как известно, Рамбам благосклонно относился к исламу, но христианство относил к чистому идолослужению. Так, в Первой Мишне «Авода Зара» говорится о том, что еврею запрещено вступать в торговые сделки с идолослужителями за три дня до их праздников. Далее устанавливается, что за пределами Эрец Исраэль этот запрет ограничивается самим днем праздника. Комментируя эту Мишну, Рамбам пишет: «христиане – это идолослужители, праздники их запрещены, и на все их обычаи падают запреты Торы относительно идолослужения, а потому запрещено вступать с христианами в сделки в воскресенье» (Аналогичное высказывание приводится им в «Мишне Тора» Гилхот Аводат Кохавим 9:4)

Однако тот, кто хочет строить свое отношение к христианству опираясь на выводы Рамбама, должен принять во внимание два обстоятельства. Во-первых, важно отдавать себе отчет, что основываясь на тех же критериях, Рамбам относил к «идолослужению» не только христианство, но и… каббалу. В частности он пишет: «Так что знай, что пока ты веришь в антропоморфизм или приписываешь Ему какое-либо из телесных состояний, ты вызываешь ревность, гнев и распаляешь огонь ярости, ты – ненавистник, враг и противник гораздо более тяжкий, чем идолопоклонник» («Путеводитель заблудших»36). Как считается, в данном случае Рамбам имеет в виду именно каббалу.

В «Мишне Тора» он относит к еретикам, которые «не имеют удела в мире грядущем» тех, «кто утверждают, что существует единый Владыка, считая Его при этом телесным и имеющим облик» и тех, «кто утверждают, что Он не один… но звезды или планеты приданы Ему, чтобы быть посредником между ним и Всевышним» (Гилхот Тшува 3:7). Если вторая часть этого определения относится к «соучастному идолослужению», и в этом смысле к христианам, то первая именно к каббалистам. Чтобы в этом убедиться, достаточно открыть стандартное издание «Мишне Тора», сопровождаемое комментариями знаменитого каббалиста Раавада (рабби Авраам бен Давид из Поскьеры) и убедиться, что этот выпад он принимает именно на свой счет. Раавад пишет: «Почему он назвал такого человека еретиком? Ведь многие более достойные чем он, придерживались такого образа мыслей»

Таким образом тот, кто хочет «завалить» христианство авторитетом Рамбама, должен сознавать, что одновременно он «заваливает» так же и каббалу.

Но главное даже не это, главное то, что мнение Рамбама в отношении христиан не является общепринятым. Согласно подходу большинства законоучителей («ришоним») христианство язычеством не является. Галаха Рамбама никогда не была принята в Европе, где евреи испокон веков торговали с христианами по воскресеньям. Так (в комментарии к уже упомянутой Первой Мишне трактата «Авода Зара») в отношении торговых сделок с христианами по воскресеньям р.Менахем Амеири пишет: «в наше время нет ни одного человека, который бы подпадал под запрет (торговли), даже в сам день празднества… потому что сейчас нет того идолослужения, и для этой торговли нет никакого препятствия».

Кроме того, в Европе евреи также всегда признавали произносимую христианами клятву. В Шулхан Арухе (Орех Хаим 166), где говорится, что клятву идолослужителя принимать нельзя, оговаривается, что клятва христианина в конечном счете имеет в виду Творца неба и земли, а потому приемлема.

Более того, до периода начавшихся во время крестовых походов погромов многие раввины позволяли пить вино, изготовленное христианами. Раши, правда, этого не разрешает, но как раз с оговоркой, что «народы нашего времени не подпадают под определение идолослужителей». Он поясняет, что евреи должны избегать пить христианское вино, но не из опасения, выпить идоложертвенное, а, для того чтобы избежать излишнего сближения с иноверцами, которое может завершиться свадьбой. (Шут Раши 327)

В наш век отношение к христианству в этом пункте не изменилось. Так, р.Герцог, бывший главным раввином Израиля в пору провозглашения его независимости, в своей книге «Тхука ЛеИсраэль альпи Тора» пишет: «Не следует забывать, что они (христиане) имеют представление о Творце мира, хотя представление это и не вполне чисто. По моему мнению... исчерпывающей здесь следует принять позицию гаона рабби Зеева Вульфа Галеви Басковича, постановившего, что сыновья Ноаха не предупреждены относительно «соучастного идолослужения»... «Соучастное идолослужение» - это богослужение, которое с одной стороны обращено к безначальному единому Богу, Творцу неба и земли, а с другой присоединяет к нему силы телесные или какую-либо из природных сил, или человека, который их воображением поставлен на божественную высоту, но так что первый признается основой, а второй - производным. Даже если это является идолослужением для евреев, так что они подлежат за него смертной казни или смерти по воле небес, для сыновей Ноаха в этом нет ничего запретного... Христиане нашего времени, даже католики, не являются идолослужителями».

Итак, мы видим, что согласно Устной Торе «соучастное идолослужение» народам не возбраняется. Однако если принять во внимание, что согласно вере иудаизма Всевышний сам лишил народы Своего непосредственного водительства, что Он осуществляет его посредством ангелов, то резонно задаться вопросом, а не является ли «соучастное идолослужение», апеллирующее к «промежуточным звеньям» как к посредникам, не только дозволенным для народов, но и вообще нормативным? Не является ли оно для нееврея даже более соответствующим замыслу Творца, нежели прямое обращение к Нему? Ведь если Израиль специально отделен Им для Себя в качестве святого, то разве не естественно ли было оставить будничное в некоторой мере связанным с природой?

Правда, по некоторым мнениям «соучастное идолослужение» даже хуже обычного, так как для того, кто признает Единого Бога, наделение Его свойствами других существ является проявлением гордыни. Например, подобное мнение высказывается в «Тании» (Гл 24). Но даже если в каких-то случаях это и так, христианство явно водительствуется другим причем вполне «кошерным» принципом, предлагаемым той же «Танией»(Гл 31): «Покорение стороны «ситра ахора» происходит в соответствии с тем, что ей свойственно и подобно ей. Как сказали мудрецы: «Топор (т.е. рукоятку его) берут из леса, который им же срубают».

Действительно, сами христиане вовсе не считают, что посредник исходно необходим. Согласно их вере «промежуточное звено» появилось вынужденно - в результате греха Адама, или, как его назвала в этом контексте католическая церковь - «счастливого греха» («felix culpa»), «счастливого» в том смысле, что этот грех дал ей ее любимого «посредника». Преп. Максим Исповедник (580-662), пишет, что вочеловечивание происходит «не по закону естества, но по домостроительному изволению». Ему вторит Иоанн Дамаскин (VII-VIII века): «это не дело природы, но образ домостроительного снисхождения, дело воли, тайна Божественной любви». Папа Григорий Великий (540-604) учил, что Всевышний принял человеческий облик, для того чтобы приманить дьявола. Не ожидая встретить в человеке Бога, падший ангел «клюнул на живца» и попался. Но предельно четко формулирует эту идею епископ Кирилл Иерусалимский (315-387): «Когда ложно стали поклоняться человекообразному, как Богу, тогда Бог действительно соделался человеком, чтобы истребить ложь».

Итак, по мысли самой церкви «посредник» явился для того, чтобы стать «приманкой» язычникам. Христианство само признает, что имеет языческую фактуру, и воспринимает это как вынужденную меру. В контексте именно этой доктрины формировался и христианский культ: древняя церковь сознательно использовала национальные языческие обычаи и обряды для того, чтобы наполнять их новым содержанием, одновременно вытравляя старое («Топор берут из леса, который им же срубают»).

Разумеется, эта доктрина («felix culpa») достаточно закамуфлирована, она вовсе не выставляется церковью на передний план, и все же мнение Дунса Скотта, согласно которому воплощение произошло бы даже в том случае, если бы Адам не согрешил, считается частным мнением этого теолога.

Итак, Церковь не обольщается на свой счет. Она сознает, что практикует «соучастное идолослужение», а не «чистый монотеизм». Но она совершает это вынужденно, идя навстречу сознанию народов и преображая это сознание изнутри. Но тем самым она с одной стороны делает свое поклонение приемлемым для Всевышнего, а с другой спасает «национальные культуры». С одной стороны сбылось пророчество: «Господи… к Тебе придут народы от краев земли и скажут: только ложь наследовали наши отцы и то, в чем никакой нет пользы» (Иерем 16.19), а с другой - полностью сохранилась национальная самобытность. Таким образом «нечистое» преображается в «будничное».

Но пожалуй, ничто так не говорит в пользу «соучастного идолослужения» как негативный опыт «чистого монотеизма», провозглашенного Мухаммедом. Когда сравниваешь сегодня этот «чистый монотеизм» с язычеством, то невольно задумываешься, а не лучше ли было его приверженцам оставаться в прежнем заблуждении? Невозможно отказаться от мысли, что лекарство оказалось хуже самой болезни.

А ведь если принять во внимание взгляд иудаизма об ангелах - хранителях народов, то тогда все происходящее сегодня с исламом покажется вполне закономерным! В самом деле, если в отличие от Израиля, управляемого самим Всесвятым, народы управляются ангелами, то что тогда может произойти с нацией, которая дерзновенно захочет уподобиться в этом евреям и пожелает управляться непосредственно Всевышним? Разве не ожидаемо, что она заменит Тору своим источником, а не пожелает считаться с ним как с «предшествующим»? Но главное, разве можно быть уверенным, что этот источник принадлежит действительно Всевышнему, а не ангелу? Разве не естественнее ли было ожидать, что тот народ, который, минуя своего ангела, напрямую попытается установить контакт с Богом, до Бога на самом деле не доберется, а примет за Него своего ангела?

То, что предрассудок (но не галаха) вменяет христианам в грех, а именно то, что они поставили между собой и Всевышним посредника - на самом деле является смирением, которое спасает эту религию и делает ее способной (в лице значительной части верующих) признать религиозное первородство Израиля, его вечную избранность и - что особенно важно в наши дни – его право на Эрец Исраэль.


К содержанию










© Netzah.org