Арье Барац. НЕДЕЛЬНЫЕ ЧТЕНИЯ ТОРЫ



АРЬЕ БАРАЦ

Недельные чтения Торы
Праздники и даты


К содержанию

Недельная глава "Шмот"

ВОССТАНИЕ АНГЕЛОВ («Шмот» 5765)

«Мемориал» Паскаля

В недельном чтении «Шмот» рассказывается о явлении Всевышнего Моше на Синае в образе несгораемого куста терновника: «И увидел он, вот терновник горит огнем, но терновник не сгорает. И Моше сказал: пойду и посмотрю на это великое явление, отчего терновник не сгорает. И увидел Господь, что он подходит смотреть, и воззвал к нему Бог из среды терновника, и сказал: Моше! Моше! И он сказал: вот я. И сказал Он: не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая. И сказал: Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Ицхака, Бог Иакова» (3.6)

Блез Паскаль противопоставил Бога, открывшегося под этим именем, богу философов и ученых, и тем самым представил это имя в качестве некоего пароля, позволяющего выявить истинную религиозную ориентацию того или иного человека, и даже, как это убедительно показал Лев Шестов, определиться в выборе между жизнью и смертью.

Как известно, Паскалю пришлось пережить откровение, перевернувшее всю его жизнь. 15 ноября 1654 году он переезжал через ремонтирующийся мост без перил. Лошади испугались и бросились в пролом. Одна из лошадей сорвалась, но повозка остановилась на краю. Паскаль потерял сознание.

Через восемь дней после пережитого потрясения в ночь с 23 на 24 ноября 1654 года с Паскалем произошло озарение. Оказавшись в состоянии транса, он сделал запись, которую с той поры носил как амулет, зашив ее в полы своего кафтана. Этот документ известен как «Мемориал» или «Амулет» Паскаля. Вот что в нем было записано: «Огонь. Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова, а не философов и ученых. Известность. Известность. Чувства. Радость. Мир».

Что означает это противопоставление и как относится к нему иудаизм? Популяризаторы иудаизма и каббалы часто подчеркивают рационалистичность и даже «научность» еврейской религии. Законы Торы преподносятся ими в контексте общих законов природы, установленных мудрым Создателем. Редкий иудей дерзнет противопоставить Бога Авраама, Бога Исаака и Бога Иакова Богу философов и ученых.

Частично соглашаясь с такой оценкой, я умышленно написал слово «Бог» философов и ученых с большой буквы. Дело в том, что одно из двух имен Всевышнего (Элоким), отражающее качество суда, связывается еврейской традицией с учреждением законов природы и тем самым считается как бы покровительствующим наукам. И в этом отношении Бога Альберта Эйнтштейна можно признать отчасти соответствующим образу Бога Авраама, Ицхака и Иакова. Однако это лишь первичный и предварительный взгляд. Более глубокое проникновение, проникновение в ту истину, что демонический мир появился в результате озлокачествления именно этого Божественного качества суда, показывает, что противопоставление Бога Израиля богу ученых более чем оправдано.

Бог Маркиона

Одним из мыслителей, настаивавших на глубинной враждебности умозрения и откровения, был Лев Шестов. При этом он обратил внимание на то обстоятельство, что бог философов и ученых до странности близок к богу гностиков, прежде всего к богу Маркиона.

В своей книге «Афины и Иерусалим», обращаясь к описанной в Торе истории грехопадения, Шестов пишет: «Откроются глаза ваши: так сказал змей. Умрете: так сказал Бог. Метафизика познания книги Бытия теснейшим образом связана с метафизикой бытия. Если Бог сказал правду, то от знания идет смерть. Если змей сказал правду – знание равняет человека с богами. Так встал вопрос перед первым человеком, так вопрос стоит и сейчас перед нами. Нечего и говорить, что благочестивые мыслители средневековья ни на минуту не допускали и мысли, что правда была на стороне искусителя-змея. Но гностики думали и открыто говорили иначе: не змей обманул человека, а Бог. В наше время Гегель нисколько не стесняется утверждать, что змей сказал первому человеку правду, и что плоды с дерева познания стали источником философии для всех будущих времен («Бог говорит себе: Адам стал как один из нас. Следовательно, змей не солгал, Бог подтвердил его слова» 522). И если мы спросим у нашего разума, на чьей стороне была правда, и если мы вперед согласимся, что наш разум есть последняя инстанция, в которой разрешается спор между змеем и Богом, то двух мнений быть не может: делу змея обеспечено полное торжество».

Однако Шестов был не первым, кто отождествил бога Маркиона с богом философов и ученых. За тысячелетия до него это уже сделал один из отцов церкви Ириней Лионский.

В третьей книге против ересей Ириней пишет о гностиках: «Они хулят Творца, т.е. Того, Кто по истине есть Бог, который и дает силы найти истину, думая, что они нашли выше Бога другого Бога или другую Плирому (полноту) или другое домостроительство. Посему и свет, происходящий от Бога, не светит им, потому что они унизили и презрили Бога, весьма мало ценя Его, так как Он по своей любви и неизмеряемой благости пришел в познание человекам – в познание впрочем не по величию и не по сущности, ибо никто Его не измерил и не осязал, но в том отношении, чтобы мы знали, что Он сотворивший, и создавший, и вдунувший дыхание жизни и питающий нас посредством творения, утверждая все Словом своим и связуя Премудростию Своею - Он есть Один только истинный Бог, а бредят несуществующим богом выше Его, чтобы казаться, будто они нашли великого бога, которого никто не может признать имеющим общение с человеческим родом или управляющим земными делами: таким образом, значит, они нашли бога Эпикурова, который не делает ничего ни себе, ни другим, т.е. ни о чем не промышляет».

Итак, уже на заре христианства было установлено, что бог философов и ученых – это бог Маркиона, т.е. бог, который может рядиться в христианские одежды, может даже признать «арийского Христа», но навсегда останется смертельным врагом Бога Израиля - Бога Авраама, Ицхака, Иакова.

«Первенец Сатаны» - так назвал Маркиона ученик евангелиста Иоанна Поликарп Смирнский. Вся адекватность и глубина этого определения выявилась в ХХ веке, когда практикующий маркионист Адольф Гитлер приступил к «окончательному решению еврейского вопроса».

Итак, когда Бог Аврамаа, Ицхака и Иакова отождествляется только с именем «Элоким», когда отвергается вера в Того, Кто открылся Моше под Четырехбуквенным именем (Шмот 6.1), - тогда происходит озлокачествление божественного качества суда, и бог философов и ученых оказывается тождественен змею.

Прозрение Франса

В этой связи особого внимания заслуживает фантастический роман Анатоля Франса «Восстание ангелов», изданный в 1914 году и описывающий захват небес падшими ангелами. Согласно творческому замыслу автора, ангельский бунт имел место в этом же самом 1914 году.

Мы могли бы всего лишь удивиться данному совпадению, а именно, что Анатоль Франс как бы предвосхитил начало величайших катаклизмов, когда для них не было видно никакого повода, и приурочил апокалиптическую драму на небесах к казалось бы рядовому земному году – 1914.

Однако это обстоятельство приобретает гораздо большее значение, если принять во внимание тот факт, что «революционной» идеологией падших ангелов служил именно… маркионизм.

Вот как выражается эта идея в одной из сцен романа: «Аркадию предложили занять место в кресле, и он тотчас же взял слово:

- Сыны неба! Сотоварищи! Вы освободились от небесного рабства; вы сбросили иго того, кто именуется Господом, но кого мы здесь должны назвать его настоящим именем Иалдаваофа, ибо он не создатель миров, а всего-навсего невежественный и грубый демиург, который завладел ничтожной частицей вселенной и посеял на ней страдание и смерть. Сыны неба! Я ставлю перед вами вопрос: хотите ли вы бороться с Иалдаваофом и уничтожить его?

Прозвучал дружный ответ, в котором слились все голоса: Да, хотим!»

Я не могу судить, насколько маркионизм действительно поднимал в тот период голову во Франции, но очень скоро в лице нацизма в Германии восторжествовал именно он.

Подобно падшему ангелу Аркадию из романа «Восстание ангелов» Адольф Гитлер так же видел в Боге Авраама, Ицхака, Иакова сатану. Раушнинг приводит следующее высказывание Гитлера: "Мы говорили о еврее не только как о правителе всемирной экономической империи. Мы говорим о нем, как о нашем политическом противнике. Где его место в борьбе за новый мир?... Столкнулись два мира - люди Бога и люди Сатаны! Еврей - античеловек. Создание другого бога. Сатана! Он, наверно, произошел от другого корня человеческой расы. Я противопоставляю арийца и еврея; и если я называю одного из них человеческим существом, то другого я должен назвать как-то иначе. Эти двое так же различны, как человек и зверь. Это не значит, что я назвал бы еврея зверем. Он намного дальше от зверя, чем мы, арийцы. Он - существо вне природы и враждебное природе".

Нацизм оказался разбит, но его гностический антисемитский дух передался в наши дни исламскому миру. Речь идет не только в том, что «Майн кампф» издается в мусульманских странах тиражами, которые давно превысили нацистские. Дело в том, что сам ислам переживает в последние десятилетия явную антисемитскую радикализацию, по своему характеру предельно близкую маркионизму. Учитывая это обстоятельство, роман «Восстание ангелов» Анатоля Франса следует признать поистине провидческим. В 1914 году на земле действительно завязалась какая-то финальная историческая драма, и за ней действительно скрывается смертельная схватка бога Маркиона с Богом Авраама, Ицхака, Иакова.


К содержанию










© Netzah.org