Арье Барац. НЕДЕЛЬНЫЕ ЧТЕНИЯ ТОРЫ



АРЬЕ БАРАЦ

Недельные чтения Торы
Праздники и даты


К содержанию

Недельная глава "Корах"

НЕЕВРЕИ В ЕВРЕЙСКОМ ХРАМЕ («Корах» 06.06.2013)

Жертвы в Храме (семьдесят тельцов на Суккот) приносились за семьдесят народов, придерживавшихся языческой веры, и любой язычник мог прийти в Иерусалимский храм со своей жертвой, не отрекаясь при этом от веры своих отцов. Таким образом, утверждение, будто бы неевреям был запрещен вход в иерусалимский Храм (на том основании, что они под страхом смерти не во все дворы допускались), ложно в самой своей основе.

Под страхом смерти

В недельной главе «Корах» говорится: «А Я вот взял братьев ваших, Левитов, из среды сынов Израиля, вам в дар отданы они для Господа, для исполнения работ при шатре соборном. Ты же и сыны твои с тобою, вы соблюдайте священнослужение ваше во всем, что касается жертвенника и того, что внутри, за завесою, и служите; вам даю Я в дар службу священства, а посторонний, кто приблизится, смерти предан будет» (18:6-7).

Итак, к жертвеннику под страхом смерти не могли приближаться никто кроме священников. Что же касается святая святых, то сюда, опять же под страхом смерти, не мог входить никто кроме первосвященника, причем только раз в году – на Йом Кипур, как сказано: «И говорил Господь Моше по смерти двух сыновей Аароновых, когда они приблизились к Господу и умерли; И сказал Господь Моше: скажи Аарону, брату твоему, чтоб он не во всякое время входил во святилище за завесу пред крышку, что на ковчеге, дабы он не умер, ибо в облаке являться буду Я над крышкою» (Ваикра 16:1-2).

Это правило действовало и в сторону удаления от святости. Так, тот двор, в который допускались сыны Израиля, под тем же самым страхом не допускались дочери Йакова, а туда, куда допускались дочери Йакова, не допускались сыны Ноаха. Как известно, сохранились каменные плиты, на которых на ясном греческом языке было выгравено соответствующее предостережение.

Иерусалимский храм был предназначен не только для евреев, но и для всех людей. Здесь приносились жертвы не только за сынов Израиля, но и за все семьдесят народов мира. Так было и так будет, как сказано: «Дом Мой наречется домом молитвы для всех народов», или: «И будет в конце дней: гора дома Господня упрочена будет во главе гор и возвысится над холмами, и стекутся к ней народы. И пойдут многие народы и скажут: идите, и взойдем на гору Господню и к дому Бога Йакова, и научит Он нас путям Своим, и пойдем дорогами Его, ибо из Циона выйдет Тора и слово Господне – из Иерусалима» (Иешайя 2:1-4; Миха 4:1-4).

Московский автор Юрий Табак некогда написал отзыв на мою книгу «Два имени единого Бога», в котором среди прочего говорилось: «Иногда выводы Бараца кажутся даже слишком произвольными, а некоторыми последовательными иудеями могут быть сочтены и за ересь. Например, такой: «как и мясоедство, жертвоприношение – зло, с которым Всевышний мирится». Слишком смелым, с точки зрения еврейской традиции, представляется и высказывание, что «праведники-идолослужители имеют удел в мире грядущем». Довольно странным кажется прямолинейное утверждение, будто «иерусалимский Храм предназначался всем народам земли в той же мере, что евреям», если учесть тот факт, что во внутренние дворы Храма неевреям входить запрещено было под страхом смерти».

Все эти замечания несправедливы. Первые жертвы были принесены сынами Адама после изгнания из рая. В Эдемском саду в них не было никакой надобности. Что же касается мясоедения – то с ним (как со временной мерой) Всевышний смирился только после потопа, ясно объявив через пророков, что в конце времен мир вернется к вегетарианству.

Разумеется, нет ничего особенно «смелого» так же и в утверждении, что «праведники-идолослужители имеют удел в мире грядущем». Если открыть наугад несколько изданий Талмуда и разыскать «Тосефту сангедрин» (13:1), то в половине случаев там будет написано: «Есть праведники среди народов мира, имеющие удел в мире грядущем», а в половине: «Есть праведники среди идолослужителей, имеющие удел в мире грядущем». Но если эти придирки мелкие и малозначащие, то утверждение относительно недопущения нееврев в еврейский Храм достаточно серьезное, типичное и заслуживает особого рассмотрения.

Храм человечества

Все верно, «во внутренние дворы Храма неевреям входить запрещено было под страхом смерти». Однако делать из этого вывод, будто бы народы не приглашены еврейской религией в иерусалимский Храм, так же нелепо, как утверждать, что в иерусалимский Храм не были приглашены сыны Израиля, так как только к сынам Аарона обращены слова: «вам даю Я в дар службу священства, а посторонний, кто приблизится, смерти предан будет».

В собственно Храм, к жертвеннику допускались только священники, остальные находись во дворах, кто в менее, кто в более удаленных, но приглашены в Храм именно все, как сказано в молитве царя Шломо: «И чужеземца, который не из народа Твоего, Израиля, а придет из страны далекой ради имени Твоего, – Ибо (и) они услышат о Твоем имени великом и о Твоей руке сильной, и о Твоей мышце простертой, – и придет он, и будет молиться в доме этом, Ты услышь с небес, с места обитания Твоего, и сделай все, о чем будет взывать к Тебе чужеземец, дабы знали все народы земли имя Твое, дабы боялись Тебя, как народ Твой, Израиль, и дабы знали, что именем Твоим называется дом этот, который я построил» (1 Мелахим 8:41-43).

И здесь следует отметить важную деталь, которая гораздо существенней вопроса о том, кто на каком дворе располагался, а именно то, что присутствие в Храме инородца не предполагало его отречения от его национального культа.

Начнем с того, что царь Шломо пригласил участвовать в строительстве Храма финикийского царя Хирама (1 Мелахим 5:19-21; 5: 32), сказавшего: «Благословен Господь, Бог Израилев, Который создал небо и землю» (2 Диврей Аямим 2:11), но о котором Иосиф Флавий приводит в «Иудейских древностях» следующую справку: «После смерти Абибала царство перешло к его сыну Хираму, который прожил пятьдесят три года и был из них царем в продолжение тридцати четырех лет. Он расширил посредством насыпей место, носящее название Еврихора, поставил в виде жертвенного дара золотую колонну в храме Зевса, лично отправился в рощу и приказал рубить на горном хребте Ливанском материал для сооружения крыши [Иерусалимского] храма. Он же велел срыть старые капища и воздвиг храмы в честь Геракла и Астарты и первый установил праздник воскресения Геракла в месяце перитии» (Кн 8.гл 5:3).

Жертвы в Храме (семьдесят тельцов на Суккот) приносились за семьдесят народов, придерживавшихся языческой веры, и любой язычник мог прийти в Иерусалимский храм со своей жертвой, не отрекаясь при этом от веры своих отцов. Так, в трактате Гитин (57) рассказывается история о том, как некто Бар-Камца повредил роговицу тельца, которого римский император направил в Иерусалим. Мудрецы обсуждали, можно ли принести в жертву тельца с таким повреждением, но ни у кого даже не возникло вопроса, а можно ли принимать жертвы от человека, воображающего себя богом?!

«Идолослужители за пределами земли (Израиля) не совершают «чужого служения», ибо для них это – обычай предков», – говорится в Талмуде (Хуллин 13б).

Таким образом, утверждение, будто бы неевреям был запрещен вход в иерусалимский Храм (на том основании, что они под страхом смерти не во все дворы допускались), ложно в самой своей основе.


К содержанию










© Netzah.org