Арье Барац. НЕДЕЛЬНЫЕ ЧТЕНИЯ ТОРЫ



АРЬЕ БАРАЦ

Недельные чтения Торы
Праздники и даты


К содержанию

Недельная глава "Маттот"

«ЕВАНГЕЛИЕ» ОТ ХАЗАЛЬ ("Маттот 5774 - 15.07.2014)

Почему и еврейская и христианская стороны в равной мере постарались утаить истинную версию суда и распятия учителя из Назарета, ту версию, которую лишь в ХХ-ом веке, каждый на свой лад, попытались восстановить такие исследователи как Хаим Маккоби и Хаим Коэн?

Установление личности

В недельной главе «Матот» описывается «мщение Господне над Мидьянитянами»: «И сказал Господь Моше, говоря: Отомсти за сынов Израиля Мидьянитянам, затем приобщишься к народу твоему. И сказал Моше народу: вооружите из среды своей людей в войско, чтоб они пошли против Мидьянитян совершить мщение Господне над Мидьянитянами…. И послал их Моше, по тысяче от колена, на войну, их и Пиныхаса, сына Элазара, священника, на войну... И пошли войною на Мидьянитян, как Господь повелел Моше, и убили всех мужчин. И вместе с другими их убитыми убили они царей Мидьянских: Эви и Рэкэма, и Цура, и Хура, и Рэву – пять царей Мидьянских, а также Билама, сына Бэора, убили мечом» (31:1-12).

В этом месте читатель вправе удивиться: как может быть, чтобы евреи умертвили Билама – человека, который благословил их вместо того чтобы проклясть?

Традиция разъясняет эту казнь тем, что именно от Билама исходила идея погубить Израиль, приведя его к распутству, а через него - к поклонению ложному божеству.

Между тем казнь Билама невольно ассоциируется с другой казнью, которая приписывается евреям, с казнью Йешу. Ведь как ни странно, но иудаизм вслед за христианством вроде бы берет ответственность за умерщвление назаретского проповедника. Так, например, Рамбам пишет: «Йешу Ганоцри, который воображал, что он Машиах, и был казнен по приговору суда («бейт-дин»)», (Гилхот Малахим 11:4)

Но, если сами евреи согласны с тем, что они причастны к смерти Йешу, то с какой стати им так возмущаться христианскими обвинениями в том, что они «распяли Христа»?

Этот вопрос сразу же обнаруживает некое базисное противоречие. Утверждая, что «Йешу Ганоцри.. был казнен по приговору суда», Рамбам имеет в виду не распятие совершенное по решению римского суда (хотя такая трактовка его слов допустима, и имеет определенное хождение), а побивание камнями по приговору Сангедрина. Иными словами, Рамбам имеет в виду не известную историю, поведанную миру Матфеем, Марком, Лукой и Иоанном, а мало кому знакомую талмудическую версию событий. А в Талмуде основателем христианской церкви представлены лица, которые ими заведомо быть не могут. К такому выводу приходят не только такие исследователи как Хаим Коэн. О том, что Талмуд не содержит упоминаний о евангельском Йешу, и что речь в нем идет о другом человеке, считают и некоторые традиционные законоучителя, например, рабейну Там (1100-1171).

В Талмуде имя Йешу Аноцри упоминается всего три раза: на 43 и 107 страницах трактата Сангедрин, и на 57 странице Гитин. Во всех других случаях фигурирует некто Бен Стада.

На 107 странице мы читаем: «Когда царь Яннай казнил мудрецов, ушел Йегошуа бен-Перахия [и Йешу] в Александрию Египетскую. Восстановилось согласие... Поднялся и встретился в некоей гостинице. Ему устроили почетный прием. Сказал: “Как прекрасна гостиница эта!” Сказал ему Йешу: “Рабби, глаза ее слезятся” (слово «гостиница» - «ахсания» означает также и хозяйку гостиницы). Сказал ему: “Грешник, вот что тебя занимает!” — собрал четыре сотни шофаров и объявил ему херем».

Приведенная история, как мы видим, происходила более чем за столетие до того, как по Иерусалиму шаркающей кавалеристской походкой стал разгуливать прокуратор Понтий Пилат. Это позволило Ури Шахару в его книге «Мессианский квадрат» предположить, что в приведенном эпизоде описывается Учитель Праведности - основатель кумранской общины «Яхад», насколько известно, первый в истории претендент на роль Мессии.

На 43 странице упоминается о казни Йешу «накануне Песаха», но здесь, во-первых, говорится о побиении камнями (завершившемся повешением мертвого тела), а не о распятии, а во-вторых, не сообщается никаких хронологических подробностей, так что и этот эпизод ничто не мешает отнести к Учителю Праведности.

Впрочем, гораздо лучше это фрагмент вписывается в истории о Бен Стаде, которого даже при самом богатом полете фантазии трудно отождествить с героем Евангелий. Так в Талмуде (Сангедрин 67а; Тосефта Сангедрин 10:11) говорится, что Бен Стада был осужден и казнен в Лоде, а не в Иерусалиме. Но главное, он был побит камнями (и как положено, после того повешен - Двар 21:22-23) по приговору еврейского суда за колдовство, а не распят по приговору суда римского за претензию на царский титул. Отличается тут, как мы видим, все: время и место событий, выдвинутые обвинения, политический субъект, вынесший приговор и, соответственно, способ казни.

Но кому и зачем понадобилось это странное отождествление Йешу с другими антигероями еврейской истории? Почему бы каждому из них не отвечать за себя? Почему и еврейская и христианская стороны в равной мере постарались утаить истинную версию суда и распятия учителя из Назарета, ту версию, которую лишь в ХХ-ом веке, каждый на свой лад, попытались восстановить такие исследователи как Хаим Маккоби и Хаим Коэн?

В завершении своего исследования Хаим Коэн указывает некоторую трудность своей теории: «Если Сангедрин не был в состоянии спасти Иисуса, священники и старейшины могли извлечь для себя пользу, предав гласности свои старания. В подобном случае какой-нибудь отчет непременно просочился бы в Талмуд или Мидрашим» (Хаим Коэн «Иисус – суд и распятие» Иерусалим 1997 Стр 284).

Между тем никаких упоминаний такого рода мы не встречаем. Но почему? Почему, если мудрецы и священники, как это убедительно показывает Хаим Коэн, действительно стремились спасти Йешу от римлян, они не попытались повторить это через полвека относительно его доброго имени?

Но кто сказал, что они не пытались, и более того, что - в меру своих возможностей - они этого как раз не сделали?

Может быть, все дело в том, что в сложившейся ситуации забвение показалось им лучшей долей?

В самом деле, после появления канонических Евангелий сказать в адрес Йешу доброе слово стало невозможно, так как оно сразу было бы неверно истолковано. Повторять евангельские небылицы о том, что претендент на роль Машиаха почему-то действительно был отвергнут иудейской элитой - они тем более не желали. Значит, оставалось только одно – молчать, объявив основоположником христианства заведомо другую фигуру и изъяв из обихода любые свидетельства о подлинном историческом Йешу!

Штрихи к портрету

Если мы хотим знать, как мудрецы действительно относились к этой фигуре, то должны внимательно прочитать третий фрагмент Талмуда, где упоминается имя Йешу, а именно 57 страницу трактата Гитин.

В этом месте описывается, как задумавший принять иудаизм римлянин Онкелос советуется с душами Тита, Билама и Йешу.

Тит не только отговаривает Онкелоса, но еще и утверждает, что самые почетные места в грядущем мире принадлежат тем, кто ненавидел и преследовал евреев. Билам сообщает, что в грядущем мире Израиль занимает центральное место, но в то же время отговаривает Онкелоса принять иудаизм. Только Йешу поддержал Онкелоса, сказав: «Ищи им благополучия, и не ищи им зла, ибо прикасающийся к вам касается зеницы ока своего».

Это парафраз из двух пасуков: «Не ищи им (моавитянам, которым вызвался помочь Билам) мира и благополучия» (Двар 23:7) и из пророка Захарии: «ради славы (вашей) послал Он меня к народам, ограбившим вас, ибо прикасающийся к вам касается зеницы ока своего». Захар 2:12

В этой притче проступает подлинное отношение мудрецов к Йешу. Да, Йешу оказался в положении величайших врагов Израиля, он оказался на одной доске с Биламом и Титом, но в то же время сам он остается их открытым врагом, остается на стороне Израиля, более того, остается на ортодоксальных позициях: следуя его совету, римлянин Онкелос становится не христианином, а иудеем – более того, становится одним из еврейских мудрецов!

Из приведенной Гемарой агады видно, что по сути мудрецы считали Йешу тем же, кем считают его Маккоби и Коэн. Но он находился в очень сложном положении, и все, что они могли для него сделать, это рассказать приведенную притчу и объявить казненного накануне Песаха колдуна Бен-Стаду основателем христианства.

Кто-то напомнит мне, что одновременно Йешу представлен в трактате Гитин как человек, терпящий наказание за осмеяние еврейских мудрецов. Но могли ли они не перенести на него хотя бы чего-то из того, чем согрешили его последователи?


К содержанию










© Netzah.org