Арье Барац. НЕДЕЛЬНЫЕ ЧТЕНИЯ ТОРЫ



АРЬЕ БАРАЦ

Недельные чтения Торы
Праздники и даты


К содержанию

ПОСТ СЕМНАДЦАТОГО ТАМУЗА

Расплата за измену

6 сивана Израилю была дарована Тора: народ услышал глас Всевышнего, заповедовавшего ему десять заповедей, после чего Моше взошел на гору Синай, для того чтобы записать подробно 613 предписаний, считающихся детализацией полученных десяти.

Моше провел на Синае сорок дней, записывая Тору, и на сороковой день, т.е. 17 тамуза, спустился вниз, предварительно получив от Всевышнего «две скрижали откровения, скрижали каменные, написанные перстом Божиим» (Шемот 31.18).

Считается, что народ знал, что Моше должен провести на горе Синай сорок дней, но обсчитался на один день, и когда 16 тамуза Сатана навел тьму, то народ воспринял ее как знак гибели Моше.

«Народ же увидел, что Моше долго не сходит с горы, и собрался народ к Аарону, и сказали ему: встань, сделай нам божество, которое шло бы перед нами; ибо сей муж Моше, который вывел нас из земли Египетской – не знаем, что с ним случилось» (32.1).

Когда Моше спустился с горы и оказался свидетелем отступничества, то его охватил гнев: «И было, когда он приблизился к стану и увидел тельца и пляски, возгорелся гнев Моше, и бросил он из рук своих скрижали, и разбил их под горою» (32.19).

Итак, 17 тамуза Моше разбил нерукотворные каменные скрижали, на которых были написаны те десять заповедей, которые слышал весь народ 6 сивана. Это считается главной причиной того поста, который в этот день наложила на себя еврейская община.

Однако эта причина не единственная. 17 тамуза в истории евреев случилось несколько бедствий. Так, при осаде Иерусалима Навуходоносором в этот день в городе больше не нашлось уже ни одной овцы, и тем самым была упразднено ежедневное жертвоприношение («тамид»).

Во времена второго Храма, когда римляне штурмовали Иерусалим, именно 17 тамуза ими была пробита первая брешь (Во времена первого Храма пролом был сделан 9 тамуза, но было решено присовокупить эту траурную дату к 17 тамуза, чтобы не утруждать общину дополнительным постом).

Наконец, в агаде рассказывается, что некто Апостумус сжег в этот день Тору, а также в этот день в Храме был водружен идол.

Таковы пять главных причин, приведших к решению учредить 17 тамуза всеобщий пост.

Причем постом 17 тамуза траур не ограничивается, а напротив, открывается. С 17 тамуза начинается трехнедельный скорбный период, заканчивающийся только с исходом десятого дня месяца аба. Три недели между 17 тамуза и 10 аба (10 аба Храм еще догорал, и этот день также считается скорбным) именуются «бейн амецарим» (между скорбями).

Связь с Йом Кипуром

Помимо общественного поста 17 тамуза мудрецы учредили еще три поста: 9 аба, 3 тишрея (пост Гедалии) и 10 тевета - в даты, связанные с трагическими событиями еврейской истории.

Согласно традиции, когда-нибудь эти посты должны превратиться в праздники. Об этом ясно пророчествует Захария: «Так сказал Господь Цеваот: пост четвертого месяца и пост пятого, и пост седьмого, и пост десятого будет для дома Иегуды радостью и весельем, и праздниками добрыми» (8.19)

При этом имеется в виду, что скорбь обратится радостью, а сокрытость божественного лика Его проявленностью. Между тем эта эволюция особенно заметна и понятна именно в отношении поста 17 тамуза. Действительно, тот грех (поклонение тельцу), который был совершен 17 тамуза, был прощен в Йом Кипур, а те первые скрижали, которые были разбиты 17 тамуза, в Йом Кипур были заменены новыми.

Йом Кипур является поэтому в отношении 17 тамуза как бы его кульминацией, его восполнением, его прощальным днем.

Но при этом характерно, что Йом Кипур сам является постом. Более того, Йом Кипур именуется традицией «отцом всех постов» и считается, что его сущность «оживлять их (евреев) голодом» (Тегилим 33.19).

Таким образом, это как бы взгляд с другой стороны, со стороны праздника на день траура, из которого этот праздник в определенном отношении проистек.

Все четыре поста превратятся в праздники подобно тому, как отпадение народа от Бога и разбиение скрижалей, случившееся 17 тамуза, было преодолено в Йом Кипур. Только на этот раз праздники установятся в сами траурные даты.

И как в Йом Кипур, который по преимуществу праздник, мы постимся, так в день поста, в день скорби, мы верим, что этот день превратится когда-нибудь в день веселья.

Однако, как мы видим, пост 17 тамуза дополнительно тематически связан с Йом Кипуром (в этом отношении на пост 17 тамуза похож пост 9 аба, который связан с празднованием 15 аба, когда был прощен «грех разведчиков»), а тем самым с идеей «оживления голодом».

Это выражение позволительно понять следующим образом. Когда человек поглощен чем-то, когда он голоден духовно, то голод телесный отступает, в такие минуты человеку не думается о пище. Йом Кипур в идеале предъявляет к человеку именно это требование. Тот, чья душа действительно потрясена значительностью минуты, тот не замечает голода. Таким образом, пост оказывается как бы обратной стороной «оживлению души».

Пророк Иешайя именует пост «днем желания Господа» (58.5) Почему? Возможно, потому что пост сродни жертвоприношению, как об этом говорится в Гемаре (Брахот 17а): «Рав Шешет сказал: Владыка мира, открыто перед Тобой, что в те времена, когда храм существовал, человек грешил и приносил жертву за грех, и приносили от нее крови и плоти, а сейчас сижу я в посте, чтобы были приуменьшены мои кровь и плоть, как будто принес перед Тобою в жертву их, и соблаговолил бы ко мне».

Итак, пост может быть понят как своеобразное жертвоприношение, т.е. как путь искупления и очищения человека. Но важнейшей характеристикой жертвоприношения (и соответственно поста) является бескорыстность и добровольность этого действия, а его духовным аналогом служит самоотверженность.

Иудаизм отрицательно относится к тому, чтобы человек просил для себя испытаний. В этой связи обычно приводится история о том, как Давид попросил Всевышнего испытать его и не устоял.

Тем не менее, вопрос «добровольности» и «принудительности» тех или иных жизненных тягот далеко не так однозначен. Мера навязанности извне того или иного жизненного экзамена в значительной мере определяется внутренними «добровольными» установками. Можно сказать, что Авраам не искал для себя испытаний, хотя и получил их целый десяток. Но ведь никто не просил Авраама искать Всевышнего, он пустился в эти поиски вполне добровольно, наверно понимая, что сложностей ему при этом не избежать.

Поэтому в широком смысле человеку и позволительно и свойственно искать для себя испытаний, и пост – в этом отношении как раз один из самых принятых и отработанных опытов такого рода.

Можно сказать, что пост – это школа определенного отношения к жизни.

В перкей Авот сказано: богат тот, кто довольствуется тем, что имеет. А многократно в самых разных источниках указывается, что человек призван благословлять Всевышнего и за доброе и за худое.

Пост – это школа именно такого отношения к жизни, школа именно такого скромного знающего свое место дерзновения. Пост – это форма добровольного испытания, которая сродни жертвоприношению, и потому весьма осмысленная и признанная. Пост поэтому - это и школа богооправдания.

В самом деле, как человек, добровольно лишивший себя пищи, в другой ситуации столь же выдержанно отнесется к вынужденному голоду, так он призван отнестись и ко всем другим испытаниям. Такой человек даже если и станет просить для себя конкретного блага, в первую очередь будет желать, чтобы исполнилась воля Создателя.

Такой человек научается жить так, как если бы стоило ему только попросить, Отец небесный выслал бы на его защиту легионы ангелов, но он сам предпочитает, чтобы исполнилась воля Создателя. А оправдать Всевышнего можно лишь стоя на такой позиции.

Тема богооправдания – это отдельная большая тема, которой я надеюсь коснуться ближе к 9 аба, но в связи с вопросом «поста» ее было бы обидно не затронуть.

Теодицея

Как известно, Лейбниц написал целую книгу под названием «Теодицея» («Богооправдание»), в которой пытался оправдать Всевышнего за существующее в мире зло. Как Всеблагой Творец мог создать мир, в котором так жестоко страдают невинные люди? Лейбниц рассуждал следующим образом. Всевышний всеведущ, он просчитывает бесконечное число вариантов развития мира и выбирает из этого бесчисленного множества самый оптимальный вариант, который следует признать наилучшим. «Мы живем в лучшем из возможных миров» - заключил мыслитель.

Между тем это рассуждение удовлетворяет не многих. Этот самый «лучший из миров», тем не менее, ужасен. Миллионы доведенных до отчаяния людей могут прореагировать на вычисления немецкого математика и философа лишь злобной усмешкой.

Не говоря уже о том, что после катастрофы вообще трудно поверить, что Бог выбирает именно самый оптимальный путь. Что Ему стоило, например, побудить британцев сдержать свое слово и способствовать репатриации евреев? Тогда бы еврейские беженцы из Европы потянулись бы в Эрец Исраэль, и вместо катастрофы мы бы получили сильный Израиль на двух берегах Иордана. Неужели же для Всемогущего было так трудно организовать такого рода «операцию»?

В этой ситуации не только аргументы Лейбница, но и аргументы традиционного иудаизма начинают выглядеть достаточно бледно.

Еврейский мыслитель Ричард Рубинштейн (США) в своей книге «После Освенцима: радикальная теология и современный иудаизм» и вовсе доказывает, что никакие традиционные ответы иудаизма в случае катастрофы не работают, что евреи должны прекратить искать за пределами истории оправдание, которое могло бы сообщить смысл злу.

И все же у традиционного иудаизма имеется если не ответ, то некий («внутриисторический») духовный ориентир, и это - стремление возлюбить Всесвятого всем сердцем, всей душой, всей крепостью. Единственная теодицея - та теодицея, который может предложить иудаизм - это по любви ко Всевышнему принять Его мир, принять без излишних вопросов, или другими словами, разделить ответственность за этот мир вместе с Творцом.

Достичь этого трудно, но возможно. Вот как, например, рассказывается об этом в одной хасидской истории, посвященной равви Зуси.

Когда равви Шмелке и его брат приехали однажды к Межричскому маггиду, они задали ему такой вопрос: «Наши мудрецы изрекли слова, которые не дают нам покоя, потому что мы их не понимаем. Речь идет о том, что человек должен хвалить и благодарить Бога за страдания так же, как за благодеяния, и принимать страдания с той же радостью. Скажи, равви, как нам следует понимать это?»

Маггид ответил: «Пойдите в ешиву. Там вы найдете Зусю, курящего свою трубку. Он объяснит вам смысл этих слов». Братья отправились в ешиву и задали Зусе свой вопрос. Тот засмеялся в ответ: «Нашли к кому обратиться! Ступайте-ка к кому-нибудь другому, потому что я никогда не испытывал страданий».

Братьям же было хорошо известно, что с самого рождения жизнь равви Зуси была полна всяческих лишений и нужд. И узнали они тогда, что значит принимать страдания с любовью»

Итак, единственная возможность оправдать Бога за те страдания, которые выпадают на долю человека – это принять их добровольно, принять с любовью. И пост – это один из способов научиться такому отношению к жизни.


К содержанию


Время зажигания
субботних свечей

19/08/2017

Начало Исход
Иерусалим 18:44 19:57
Тель-Авив 18:59 19:59
Беэр-Шева 19:01 19:58
Хайфа 18:51 20:00








© Netzah.org